Кто тебя обидел?
Шекспир, кажется, назвал человека
маленьким королевством, имея в виду
непознанное пространство, которое зовется
внутренним миром. Само понятие - "внутренний
мир" - указывает на громадность его
территории (мир, вселенная)
и на основное условие целостности,
сохранности этой территории (мир как
отсутствие войны).
Каждый знает, что это такое - невидимые
глазу битвы, сотрясающие нас изнутри. Как
обессиливают страдания ревности,
непризнанной любви, как мучительна тревога
за близких. Человек улыбается, шутит,
углубляется в деловые бумаги, выбирается из
дорожной пробки, а в никому не ведомом
королевстве, там, внутри, бушует пожар,
стремительно пожирающий его душевные силы,
запасы здоровья, дружелюбия, радости,
Рушатся десятилетиями возводимые
крепостные стены, за которые, по мысли
строителя, не пробраться никакой беде.
...Вы разговариваете с очаровательной
девочкой-подростком, что-то настораживает
вас в ее глазах, какая-то неподвижная точка.
Две-три незначащие фразы. Потом, не понимая,
почему вы это делаете, вы прикасаетесь к ее
плечу. Дальше - обвал. Девочка плачет. Молча,
безудержно, как бы на "ровном месте".
Сострадание, которое всегда мудрее нас,
продиктовало простейший жест сочувствия,
который и открыл шлюзы боли - тяжкой,
граничащей с душевным заболеванием.
Девочку обидели. Не все ли равно, как -
предательством, насмешкой... Не хочется жить.
Обида, непереносимая - неперенесенная! -
ломает личность буквально на глазах.
Проходит время. Близкие думают, что перед
ними та самая милая девочка с серыми
глазами... Но они ошибаются. Перед ними
человек, зараженный, как вирусом, обидой,
который не верит ни единому вашему слову. Он
живет скрытой, затаенной, нерадостной
жизнью, и никто на свете не догадывается об
этом. "Все зло, все обман" - его кредо. И
с ним он идет по жизни. А ведь сероглазой
девочке предстоит дать жизнь будущему
ребенку - стать матерью. Она будет учить
тому, чему научила ее обида: отгораживаться
от всего, что задевает сердце. Не верить, не
надеяться, не любить. Что же осталось от
хрустального королевства - внутреннего
мира этой девочки? Пустырь с битым стеклом.
Недоразумения, которые лежат в основе
великого множества пустых обид,
рассасываются сами по себе. А как подняться
над обидой, настоящей, жестокой? Как быть с
обидой сероглазой девочки, заставившей ее
повернуться к людям спиной? Как быть с
обидой Сальери, подвигнувшей его на
убийство?
В "Моцарте и Сальери" Пушкин дает
классическую клиническую картину обиды.
Всмотримся в нее. Имя ей в данном случае -
зависть. Моцарт пал жертвой зависти Сальери.
Но зависть — прежде всего обида на жизнь. Нa
то, что ты не так талантлив, не так не так
удачлив, не так красив, не так благополучен,
как другие. Этим "не так" кажется, нет
числа. На самом деле "не так" только
одно: ты выключил свет сознания, свет разума
(или забыл его включить), оставшись в
темноте инстинктов и эмоций. и эта темнота
поглотила тебя. Да. Сальери умен - он
разворачивает безупречную с формальной
точки зрения картину "вины" Моцарта. Он,
Сальери, годами постигал искусство
гармонии, годами изучал композицию, и потом
только "стал творить - но в тишине, в тайне,
не смея помышлять еще о славе". Он
заслужил право на славу - теми самыми годами
ученичества, преодоления себя ("труден
первый шаг и скучен первый путь"). А слава
достается другому — тому, кто не заслужил
ее и нисколько не думает об уважении к себе.
Кто легкомыслен, щедр, способен забыть о
своих мелодиях ради "слепого скрипача в
трактире", кто божественно одарен ("Ты,
Моцарт, бог и сам того не знаешь") без
всяких на то оснований.
Это нарушает порядок мироздания, "Злейшей
обидой" называет Сальери такое положение
вещей - и выправляет его, отравив Моцарта.
Обиженный всегда уверен в том, что он прав. В
этом - ключ трагедии, которую Пушкин назвал
"маленькой"... но она велика. Здесь
проходит черта между болезнью обиды и
освобождением от этого недуга.
Тот, кто сомневается в очевидном (внутренний
мир очами не увидишь), в наглядном (каково на
взгляд то, что внутри?), может быть виноват
во многом. Зато он прав по существу — он
признал право другого. Он вышел за границы
собственных эмоций и представлений о жизни.
Сальери ни разу не усомнился. Он сделал свою
правоту колючей проволокой между миром и
собой. Он не принял мир таким, каков он есть,
с людьми, совершенно не похожими на него,
которые ошибаются, страдают и
расплачиваются за свои ошибки - каждый по-своему.
Сомневаясь в очевидном, ты выигрываешь в
главном. Те сантиметры, метры, километры
душевного пути, которые ты преодолел
вопреки своим прежним представлениям, - они-то
и дают тебе право сказать обидчику: "Ты
ошибаешься". И только так доставшаяся
тебе правота (не возмущение, не гнев)
поможет тому, кто тебя обидел, задуматься,
засомневаться.
Ты выиграл главное - ты выиграл мир:
пространство доверия и душевного покоя, сад,
реку, море, а не пустырь с битым стеклом. "Я
сомневаюсь — значит, я существую".
Любовь Михайлова
«Семейный доктор», 17.10.00
http://www.km.ru/magazin/
К началу текста
